«Жители Гренландии не хотят становиться американцами, — говорит Би-би-си Миа Хемниц. — Мы не продаемся». 32-летняя предпринимательница из столицы Гренландии Нуука выражает настроения многих собеседников Би-би-си, которые рассказывали о своем отношении к недавней риторике администрации президента США Дональда Трампа.
Это перевод материала, опубликованного на сайте Би-би-си. Прочитать оригинал на английском языке можно здесь.
Белый дом заявил, что «активно» обсуждает предложение о покупке территории, которая на протяжении столетий принадлежала Дании. Ранее Трамп и его представители допускали возможность захвата Гренландии силой, если это будет необходимо.
Эти заявления вызвали тревогу и возмущение среди гренландцев — как на крупнейшем острове мира, так и за его пределами.
Беспокойство усилилось после того, как США предприняли беспрецедентную военную операцию, захватив президента Венесуэлы Николаса Мадуро в его резиденции в Каракасе по обвинениям, связанным с наркоторговлей, и вывезли в Нью-Йорк.
Практически сразу после этого жена одного из высокопоставленных сотрудников Белого дома дала понять, что следующим объектом внимания может стать Гренландия.
«Вот тогда это перестало быть абстракцией», — говорит 40-летняя Тупаарнак Копек, переехавшая по семейным и рабочим причинам из Гренландии в Канаду — еще одну страну, которой Трамп ранее угрожал аннексией.
«Я связалась с сестрой в Гренландии и сказала, что если немыслимое вдруг станет реальностью, у нас всегда будет место для них», — говорит она.
Айя Хемниц, одна из двух депутатов датского парламента, представляющих Гренландию, заявила, что высказывания администрации Трампа — это «прямая угроза», которая ее «потрясла».
«Со стороны США это полное неуважение — не исключать аннексию нашей территории и тем более аннексию другого союзника по НАТО», — сказала она.
Гренландия — самая малонаселенная территория в мире. Значительная часть арктического острова покрыта льдом, поэтому большинство людей живет в Нууке и вдоль юго-западного побережья.
Однако для США она имеет стратегическое значение — именно поэтому американское военное присутствие там существует со времен Второй мировой войны.
Расположение Гренландии между Северной Америкой и Арктикой делает ее удобной для систем раннего предупреждения в случае ракетных атак.
В последние годы интерес к острову усилился и из-за его природных ресурсов, включая редкоземельные минералы, доступ к которым упрощается по мере таяния льда на фоне климатических изменений.
«Неприятно быть сообществом в 56 тысяч человек и слышать подобные угрозы — если это вообще можно так назвать — от такого гиганта, как США, — говорит главный редактор гренландской газеты Sermitsiaq Масаана Эгеде. — Жители Гренландии встревожены, потому что мы не относимся к этому легкомысленно».
Эксперты в целом сходятся во мнении, что военный захват Гренландии был бы для США технически несложной задачей, однако геополитические последствия фактически означали бы конец альянса НАТО.
После того как Белый дом вновь поднял вопрос о принадлежности Гренландии, шесть европейских союзников выступили с заявлением о том, что будущее острова должны определять его жители — за что, по словам Мии Хемниц, она благодарна.
Однако она опасается, что для США это будет иметь мало значения, «если за словами не последуют последствия и реальные действия».
«Как гренландка, я не могу не задаваться вопросом: чего мы стоим для этих союзников? И на какие шаги они готовы пойти, чтобы нас защитить?» — добавляет она.
Тупаарнак добавляет: «Уважение — это не только союзы на бумаге. Когда сильные государства говорят о тебе, а не с тобой, это уважение исчезает очень быстро».
Администрация Трампа подчеркивает, что ее намерением было купить Гренландию у Дании — несмотря на то, что Копенгаген заявляет, что территория не продается, — и при этом не исключает вариант военного вмешательства.
Айя Хемниц считает, что силовая аннексия маловероятна. По ее словам, «скорее всего, мы увидим давление, направленное на то, чтобы США постепенно взяли Гренландию под контроль».
Опросы стабильно показывают, что жители Гренландии в целом поддерживают идею будущей независимости от Дании, но выступают против перехода под контроль США. Территория обладает широкой автономией, однако вопросы внешней политики и обороны остаются в ведении Копенгагена.
Возможно, именно поэтому 42-летний инуитский охотник Алекатсиак Пири, живущий в удаленном северном городе Каанаак, отнесся к перспективе американского контроля довольно спокойно.
«Это будет просто смена одного хозяина на другого, одного оккупанта на другого, — говорит он. — Мы колония Дании. Мы уже многое теряем, находясь под датским управлением».
Однако он добавляет: «У меня нет времени на Трампа. Нашему народу нужна помощь», — объясняя, что охотники, такие как он, передвигаются по морскому льду с собаками и рыбачат, «но лед тает, и охотники больше не могут зарабатывать на жизнь».
По мнению главного редактора Sermitsiaq Масааны Эгеде, риторика США навязывает ложный выбор: «Мы должны избежать ситуации, при которой история сводится к тому, что Гренландия якобы должна выбирать между США и Данией, потому что именно такого выбора гренландцы не хотят».
У других, кто видит, как давние отношения Гренландии с США оказываются под угрозой, это вызывает откровенное раздражение.
«Людей в Гренландии это действительно злит», — говорит Кристиан Кельдсен из Ассоциации бизнеса Гренландии.
«Гренландцы гостеприимны и открыты — это лучшее, что есть в нашей стране. Но сейчас многие напуганы», — добавляет он.
Гренландия открыта для сотрудничества с США, подчеркивает Кельдсен, отмечая, что недавно были запущены прямые авиарейсы между Гренландией и Нью-Йорком — явный признак того, что «нас не нужно захватывать».
«Мы — нормально функционирующая демократия, и у нашего правительства есть сильный мандат, — говорит Миа Хемниц. — Мы союзники по НАТО, США имеют военные базы в Гренландии более 70 лет и до сих пор обладают правом создавать и использовать новые. Как Гренландия уже заявляла ранее: мы не продаемся, но мы открыты для бизнеса».